Одна из страшнейших проблем современной философии заключается в том, что никто никого не читает. Философы находятся в состоянии договора круговой поруки - ты не трогай меня, и я тебя не трону. Каждый волен совершенно безответственно писать что угодно, особо не заботясь о достоверности, логичности, систематичности... Всех это устраивает.

Именно поэтому я решил уделить пару часов своего времени для разбора выложенного здесь (Губин В.Б. Философия как наука) образца безответственного философствования. Если после моего пассажа хоть кто-то перед постановкой последней точки в своем тексте задумается о том, что может все же следует что-то перепроверить, а вдруг кто прицепится и найдет терминологические и логические нестыковки..., то значит я не зря потратил время.

Итак, перед нами традиционный околофилософский текст совмещающий в себе элементарную безграмотность с непомерной убеждённостью в том, что "истина" существует и она в кармане именно у автора.

Но начнем по порядку.

(1) Совершенно не ясно о чем, по сути, текст? Вроде заявлено, что в тексте будет доказана научность философии. Однако обсуждение сразу сбилось в сторону темы "плюрализм во взглядах", что, согласитесь, далеко не одно и то же. В науке (которая не нуждается в доказательстве своей научности) так же существует проблема единственности описания, возможности существования нескольких теорий, описывающих один предмет. И эта проблема не имеет однозначного решения. А уж в философии и подавно. Все решение проблемы "плюрализма" свелось к никак не обоснованным нападкам на Фейерабенда и к утверждению, что все, кто думают иначе чем автор, делают это "дефектно", "ошибочно", "неверно" и застряли в "тупике либеральной философии".

(2) Ну а как же основная тема статьи? Как же обосновывается "научность философии"? Доказательство того, что философия "удовлетворяет основным научным требованиям", сделано предельно просто: приведена цитата из Уайтхеда: "Систематическое познание... в общем и называется наукой" - типа, что мол философия тоже является систематическим познанием, а посему научна! Тут бы можно было и закончить статью, поскольку далее по тексту проблема научности философии не упоминается.

Однако даже с этим лобовым доказательством не все так благополучно - стоит лишь привести цитату Уайтхеда полностью: "Систематическое познание, которое в общем и называется наукой, образуется благодаря соединению двух слоев опыта. Один слой складывается из непосредственных данных, полученных конкретными наблюдениями. Другой слой представлен нашим общим способом постижения мира. Их можно назвать Слоем Наблюдения и Концептуальным Слоем." Тогда становится понятно, что подвести философию под Уайтхедовское понимание "научности"  уже не столь просто.

Да и вообще абсурдность этой статьи в том, что делается попытка доказать научность "нечто" без объяснения, того, что автор подразумевает под этим "нечто". Судя по тому, как в тексте смешана философия и естествознание, у автора некое своеобразное понимание философии. Ведь понятно, что если существует вообще и ставится в конкретном тексте проблема доказательства "научности" философии, то это значит, что понятия "наука" и "философия" имеют отличия. И начинать рассуждение следовало бы именно с этих отличий, не ограничиваясь лишь указанием на то, что мол и то и другое есть "систематическое познание" - телефонный справочник тоже можно отнести к сфере "систематического познания", и систематики в нем гораздо больше, чем в философии.

Вот как бы и все по самой проблеме "научности" - больше на эту тему в тексте ничего нет.

Наверное, имеет смысл лишь сделать несколько замечаний по поводу вываленной после этого "доказательства" философской каши.

(3) Более или менее явно по тексту прослеживается тема "истины". Однако, поскольку обсуждается проблема "истины как изучаемой реальности" (без уточнения в каком виде эта "истина" имеется в "реальности"), то никакого разделения на научную "истину" и философскую "истину" не делается. (Хотя это вполне естественно - нам же показали, что философия и наука - это одно и то же). В тексте полная путаница с понятиями "истина", "истинность", "правильность"... Автор не различает сугубо философскую проблему "истины", как некоего предела познания, проблему истинности (достоверности) конкретных научных теорий и проблему теоретической и эмпирической истинности отдельных научных высказываний. С непониманием этой разницы связана абсурдность главного теоретического вывода статьи: "теория или модель должна согласованно быть встроенной в общее знание". Вдумайтесь, автор, отвергая верификационную концепцию истинности, утверждающую в качестве главного критерия проверки научной теории подтверждение ее опытом, то есть совпадение теоретических высказываний с эмпирическими высказываниям, предлагает проверять теории старыми теориями. Безусловно - верификационная концепция имеет множество проблем, но они не решаются отказом от опыта (эксперимента) и указанием на банальную мысль, что "старые знания и новые данные должны быть увязаны в новое согласованное знание". Просто автор перепутал две проблемы: проблему истинности (достоверности) конкретной научной теории и проблему преемственности и развития научного знания.

(4) Аналогично автор перепутал проблемы и при обсуждении принципа фальсифицируемости Карла Поппера. "Несостоятельный" Поппер лишь "замутнил" проблему "истины", которая так легко, прямо "одним махом, средством, приемом, способом, одношагово, как силлогизм Буратино в первый день рождения" была разрешена автором (см. п. 3). Так вот Поппер, хотя и был очень озабочен проблемой "истинности", так и не предложил собственного ее решения, склоняясь к теории Тарского (Кстати, автор выказал полную неосведомленность в проблеме истинности, упомянув лишь одну верификационную теорию - только в wiki упомянуто около 10 концепций). Но вернемся к Попперу: принцип фальсифицируемости касается исключительно и сугубо проблемы "демаркации научного знания" (отличения научных теорий от ненаучных) и не имеет ни малейшего отношения к проблеме истинности, "ошибочности". Фраза автора: "по нему получается, что чем ошибочнее вывод, тем он научнее. Очень умно!" лишь демонстрирует принципиальное непонимание идей крупнейшего эпистемолога прошлого века. Принцип фальсифицируемости относится исключительно к теории как целостной логической структуре, а не к ее отдельным высказываниям ("выводам"), и требует лишь, чтобы научная теория имела проверяемые выводы (о которых можно сделать однозначное заключение относительно их истинности или ложности). Вот так просто и умно.

(5) Очень своеобразные отношения у автора с диалектикой вообще и с Гегелем в частности. По ходу текста несколько раз утверждалось, что мол все проблемы решаемы лишь на основе диалектики. И даже была  сделана заявка: "Сразу обратимся к лучшему методу выяснения проблемы - к диалектическому." Но что-то никакой диалектики так и не обнаружилось - бритва Оккама была, а диалектики - не было. Под видом таковой автор подсовывает нам тезис, который не имеет никакого отношения к диалектике (в ее Платоновском, Гегелевском, и даже диаматовском понимании), а лишь отражает материалистическое понимание истории: "в диалектическом же методе простой опыт заменяется всей общественно-исторической практикой человечества, сконцентрированной в научных знаниях".

К мелким ляпам можно отнести приписываемое Гегелю противопоставление диалектики и метафизики: "диалектика и метафизика (по Гегелю)". Видать, автор изучал диалектику лишь по учебникам диамата ;). Это подтверждает и фраза: "в философии Гегеля важнейшими, принципиальными моментами движения и познания были неисчерпаемость и единство и борьба противоположностей" - "борьбы противоположностей" даже у Энгельса не было (придумавшего этот "закон"), "борьба" - это позднее диаматовское наслоение.

Ну вот, вроде и все. Все оказались неправы (конечно, кроме классиков марксизма-ленинизма), "диалектически" найден единственно верный критерий "истины" - "всё предыдущее знание", ну а философия полностью смешана с наукой, эпистемология с физикой и т.д.
***
Я понимаю, что любой посягнувший на негласный договор "о философском невмешательстве", попытавшийся разорвать этот порочный круг логического попустительства, прежде всего под удар подставляет себя. Однако критика - это единственная связь философа, его идей с миром, во внутреннем мире философа все его высказывания истинны, что указывает на их явную ущербность. Да здравствует критика!.